search
" 0 1 3 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X « Ά Α Γ Δ Έ Ε Ζ Ί Ι Κ Λ Μ Ν Ό Ο Π Σ Τ Ύ Φ Χ А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я  
"НЕМЕЦКАЯ ИДЕОЛОГИЯ"
"НЕМЕЦКАЯ ИДЕОЛОГИЯ"
"Критика новейшей немецкой философии в лице ее представителей Фейербаха, Б. Бауэра, Штирнера и немецкого социализма в лице его различных пророков" - произведение К. Маркса и Ф. Энгельса (1845-46, Брюссель).
К весне 1845 Маркс определил гл. черты своей материалистич. теории истории (см. Ф. Энгельс, в кн.: Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 21, с. 220). Маркс и Энгельс тогда уже глубоко вошли в политич. движение, вступили в связи с пролетариатом. Между тем была еще необходима большая предварит. работа, у к-рой "...главная цель - уяснение дела самим себе...", поэтому Маркс и Энгельс "...решили сообща разработать... (свои. - Ред.) взгляды в противоположность идеологическим взглядам немецкой философии..." в форме критики последней (Маркс К., там же, т. 13, с. 8). В ноябре 1845 они начали работу "Лейпцигский собор", а в 1846 предпослали ей главу "I. Фейербах" (т. 1) и написали еще ряд глав (т. 2), в основном завершив "Н. и." весной 1846. Авторам "Н. и." удалось опубликовать лишь незначит. часть своей рукописи (см. тамже, т. 3, с. 590), и она была на мн. десятилетия предоставлена "грызущей критике мышей". Лишь в 1903-04 в "Dokumente des Sozialismus", Bd 3–4, появился произвольно сокращенный Э. Бернштейном текст первой трети гл. 3 из 1-го т. (рус. пер. ряда отрывков гл. 3 см. в кн. М. Штирнера "Единственный и его собственность", ч.2, 1909; эта глава под назв. "Критика учения Штирнера" издана в 1913; первое сов. переизд. под назв. "Святой Макс...", 1919). Отрывок из гл. 3 "Мое самонаслаждение" был помещен в приложении к "Vorwärts" от 14 марта 1913. В 1921 "Archiv für Sozialwissenschaft und Sozialpolitik" (Bd 47, H. 3) опубликовал гл. 2 из т. 1 (рус. пер. – "Лейпцигский собор", Киев, 1924). В 1924 на рус. яз. вышла гл. 1 из т. 1 ("Архив К. Маркса и Ф. Энгельса", кн. 1), а в 1929 – последняя треть гл. 3 из т. 1 (там же, кн. 4). Но только в 1932 было выпущено полное издание "Н. и." под ред. В. Адоратского [Marx-Engels Gesamtausgabe (MEGA), Abt. 1, Bd 5, рус. пер. 1933 ]. С. Ландсхут и И. П. Мейер опубликовали текст "Н. и." в кн.: "Der historische Materialismus" [1932 ]. Новый отрывок из "Н. и." опубликован З. Бане (см. в: "International Review of Social History", 1962, v. 7, pt. 1). Текст гл. 1 из т. 1 с восстановленной подл. структурой см. в"ВФ", 1965, No 10–11. Гл. 2 и 3 из 2-го т. и ряд отд. страниц из "Н. и." до нас так и не дошли.
"Н. и." – первое произведение зрелого марксизма, излагающее результаты заверш. процесса его становления. Здесь, с т. зр. человеч. предметной деятельности, впервые вскрыта объясняющая историю классового общества диалектика производит. сил и производств. отношений, обоснована необходимость коммунистич. революции. Здесь заложены основы теории обществ. формаций, классов и классовой борьбы, базиса и надстройки, государства и т.д.; критически перерабатывается понятие отчуждения, вырабатываются понятия идеологии, овеществления, отношения полезности и т.п. Пафос "Н. и." как критич. произведения – в развенчании мнимого радикализма и мнимой революционности младогегельянцев и "истинных социалистов" (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 2 изд., т. 3, с. 11, 18, 377, 473); отмечаются также ошибки М. Гесса, к-рый сотрудничал в работе над "Н. и.", но с к-рым Маркс и Энгельс размежевались (см. тамже, с. 605, прим. 154; т. 27, с. 398; ср. т. 3, с. 81, 100, 495). В "Н. и." показано, что штирнеровский "бунт" против отчужденных сил – чисто идеологич. "бунт", к-рый не только не выводит за пределы существующего, но лишь выражает позицию жертвы процесса отчуждения – заточенного в свое "я" мелкобурж. идеолога (см. тамже, т. 3, с. 291, 306).
Сами задачи критики (см. Критика в научном познании) религиозной, философской и политич. идеологии, понятые диалектически, вели Маркса и Энгельса к разработке новых проблем. Перед ними "...встал сам собой вопрос...: как случилось, что люди "вбили себе в голову" эти иллюзии? Этот вопрос проложил путь к материалистическому воззрению..." (там же, с. 224), к материалистич. пониманию истории как истории человеч. предметной деятельности, истории произ-ва людьми всей обществ. жизни. В "Н. и." дан первый очерк не только материалистич. социологии, но прежде всего историко-материалистич. гносеологии. Именно на этом пути были развернуты все самые революц. выводы коммунистич. мировоззрения, к-рые содержались уже в тезисе о "самопорождении" человека в деятельности (1844) и были конкретизированы в "Н. и." (см. тамже, с. 41, 44). Здесь Маркс и Энгельс называют себя уже не просто "реальными гуманистами", а "коммунистическими материалистами". Ими провозглашается "действительная положительная наука", разрабатываемая "в противоположность идеологии" и в противовес выступающей в роли "науки наук", "самостоятельной" философии (см. тамже, с. 26, 225,485). Признание "приоритета внешней природы" еще ничего не объясняет в истории, ибо на деле человек "...имеет всегда перед собой историческую природу и природную историю". Даже предметы простейшей "чувственной достоверности" даны лишь через предметную деятельность и притом в меру ее развития (см. тамже, с. 43, 42). Тем более недопустимо самого человека брать, вслед за созерцат. материализмом, лишь как "предмет", как конечную вещь своего рода (см. тамже, с. 44). Человек – не "...пассивное зеркало, в котором природа приходит к сознанию..." (там же, с. 476, ср. с. 479), но универсальная и потому творч. деятельность, и вся обществ. жизнь – ее продукт (см. тамже, с. 483). Историч. обстоятельства влияют на людей постольку, поскольку люди сами воспроизводят прошлые результаты или создают новые. Так преодолевается "теория среды", ставящая "воспитателей" над обществом. "Сознание... с самого начала есть общественный продукт и остаётся им, пока вообще существуют люди" (там же, с. 29). "Люди являются производителями своих представлений, идей и т.д.", и именно в этом смысл тезиса: "Сознание... никогда не может быть чем-либо иным, как осознанным бытием..." (там же, с. 24–25). В свете этого можно было всерьез поставить задачу в ы в е с т и из процесса произ-ва все "формы общения" и формы сознания.
Однако до сих пор люди всегда производили и воспроизводили себя – свои отношения, свою жизнь – не непосредственно, а гл. обр. косвенно – производя средства существования: произ-ва и потребления. Их деятельность, "то, что они собой представляют, совпадает... с их производством..." (там же, с. 19), но в форме собственно материального произ-ва. Опредмеч. деятельные способности людей выступают не как производит. силы самих людей, а как силы этого произ-ва; люди – как лишь его агенты и рабочие силы, а те производств. обществ. отношения, в к-рые они вступают не в качестве личностей, а в качестве агентов этого произ-ва, – как экономич. отношения, в их совокупности образующие "гражданское общество" (см. тамже, с. 184, 35). Развитие производит. сил людей выступает превращенно как прогресс "самих по себе" вещных факторов; оно приводит к тому, что история лишь в конечном счете есть "...история развития сил самих индивидов" (там же, с. 72). Объяснение этому следует искать в разделении труда, в расщеплении самой деятельности, доходящем до разделения на классы. Приобретшие самостоятельность интересы господств. класса выступают как юридич. законы; отсюда – сущность преступления (см. тамже, с. 323).
Авторы "Н. и." создали понятие идеологии как особой надстройки (см. тамже, с. 370, 45, 46), как результата разработки практич. классового сознания. Идеологич. концепции в силу своей классовой функции изображают себя как надклассовые, всенародные, "...как единственно разумные, общезначимые" (там же, с. 47). Для всякого восходящего класса необходимо, чтобы его задача "...изображалась как общечеловеческая задача" (там же, с. 280; ср. с. 47). Видимость полной самостоятельности и всемогущества идеологии явилась также одним из корней идеализма (см. тамже, с. 48, 449; см. также Идеальное). У идеологич. форм "...нет истории, ...нет развития" (там же, с. 25; ср. с. 140) в том смысле, что история идей сводима к реальной истории человеч. деятельности и должна быть выведена из последней (см. тамже, с. 25). Социально-классовая функция идеологии определяет ее развитие: она служит средством сохранения или ниспровержения существующих социальных отношений. Все это позволило объяснить, почему возникает и усиливается извращенность идеологич. сознания: чем больше обостряются внутр. противоречия старого общества, "...тем всё более лицемерным, моральным и священным становится язык этого образцового общества" (там же, с. 284).
Марксистская наука "...является впервые д е й с т в и т е л ь н о критическим воззрением на мир" (там же, с. 224, ср. с. 18, 25, 436). Она впервые оказывается "...в состоянии высвободиться из пут идеологии...", идеологич. метода (там же, с. 459, см. также с. 458). Чтобы окончательно преодолеть идеологию, надо преодолеть ее обществ. корни, построить бесклассовое общество. В процессе борьбы за него необходима особая, социалистич. идеология, к-рая является научной, поскольку опирается исключительно на науку и наполнена только ее содержанием.
В самом общем виде задача коммунистич. преобразования мира предстает как задача преодоления отчуждения (см. тамже, с. 440). Так как отчуждение "...является одним из главных моментов в предшествующем историческом развитии", то от историч. науки требуется "...изобразить действительных индивидов в их действительном отчуждении и в эмпирических условиях этого отчуждения..." (там же, с. 32, 271). Отчужденная социальная связь выступает как "мнимая", "иллюзорная коллективность" (см. тамже, с. 33, 75, 77, 360). "...Личные интересы... развиваются против воли личностей в классовые интересы..., которые приобретают самостоятельность по отношению к отдельным лицам, принимают при этом... форму в с е о б щ и х интересов, в качестве таковых вступают в противоречие с действительными индивидами...", выступают как диктат социальной машины (там же, с. 234; ср. с. 237). Разделение деятельности на частичные операции расщепляет "целостного человека", делает его "частичным" (см. тамже, с. 31–32, 252–53, 304, 426). "Труд" в узком смысле, т.е. отчуждающаяся деятельность как сила над индивидами, выступает как средство жизни, тогда как существование – как цель (см. тамже, с. 50, 66, 67); это существование, делающее исходной точкой потребление, ставит "...наслаждения... вне действительного содержания жизни..."; "...индивиды, лишившись всякого реального жизненного содержания, стали абстрактными индивидами..." (там же, с. 419, 67).
Коммунистич. общество "...исключает всё то, что существует независимо от индивидов..." в качестве отчужденных сил. Только целостные индивиды могут не просто присвоить и использовать, но и целостно освоить прежде отчужденные результаты развития культуры человечества в своих отношениях, превратив труд в коммунистич. самодеятельность (см. тамже, с. 71, 67, 441, 68, 69). Лишь в этом смысле авторы "Н. и." писали об "уничтожении труда" (см. тамже, с. 192). "...Коммунистическая революция, уничтожающая разделение труда, в конечном итоге устраняет политические учреждения", устраняет противоположность между "обязанностями" и "интересами" и тогда "...отпадает самая основа... противоположности между трудом и наслаждением" (там же, с. 378, 200, 206). Маркс и Энгельс вынесли "смертный приговор" моральной форме отчужденного сознания (см. тамже, с. 236, 419, 441), а тем самым этич., христианскому и т.п. видам "социализма".
Коммунистич. революция – не "мстительный бунт", а творч. преобразование общества, высшее значение к-рого в том, что человек реально превращает себя в творч. личность. "В революционной деятельности изменение самого себя совпадает с преобразованием обстоятельств" (там же, с. 201). Маркс и Энгельс высмеяли претензии младогегельянцев перевернуть мир путем изменения сознания, т.е. предъявляя чисто моральное требование; будучи идеологом существующего, "философ не говорит прямо: Вы не люди. Он говорит: ...у Вас не было с о з н а н и я т о г о, чтó Вы такое..." (там же, с. 239). Неспособность понять, что за пределы существующего выводит лишь революц. деятельность, обрекает на неудачу даже попытку верно истолковать его. Созерцат. материализм, не понимая роли практики, не может вырваться из пут идеологич. иллюзий (см. тамже, с. 41, 18, 406, 87). Но Маркс и Энгельс протестовали и против такой т. зр., согласно к-рой, чтобы сделать теорию революционной, достаточно ее "связать... с практикой" (см. тамже, с. 495); это – созерцательность наизнанку (см. Объективизм, Партийность).
Авторы "Н. и.", говоря о коммунистич. революции, еще не различали социалистич. революцию и переход к коммунизму. Начать революцию пролетариат может уже потому, что он "...является уже выражением разложения всех классов..." и "...становится в самое решительное противоречие ко всем остальным классам" (там же, с. 70, 69, см. также с. 67–68, 279). Однако революц. процесс преодоления отчуждения предполагает очень высокий уровень производит. сил, ибо иначе "...должна была бы снова начаться борьба за необходимые предметы и, значит, должна была бы воскреснуть вся старая мерзость" (там же, с. 33). Суть революции в том, что "...с в е р г а ю щ и й класс только в революции может сбросить с себя всю старую мерзость и стать способным создать новую основу общества" (там же, с. 70). Поэтому она может быть лишь делом "...людей, переросших буржуазный строй" (там же, с. 201) и достигших такого единства, к к-рому они приходят "...лишь путём долгого развития..." (там же, с. 316).
Анализ "Н. и." показывает всю беспочвенность бурж. теории "двух Марксов" ("раннего" и "позднего"). Противопоставление ранних и поздних работ Маркса несостоятельно, ибо последние – ключ к пониманию первых, а первые – программа и творч. лаборатория последних.
Лит.: Маркс К., Заметка против Карла Грюна, в кн.: Мaркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 4; его же, К критике политической экономии. Предисловие, там же, т. 13; Энгельс Ф., К истории Союза коммунистов, там же, т. 21; Рязанов Д., Очерки по истории марксизма, т. 1, М.–Л., 1928; Быховский Б., Учение о коммунистич. революции в "Н. и.", "Большевик", 1933, No 4; Ρозенберг Д. И., Очерки развития экономич. учения Маркса и Энгельса, М., 1954, гл. 8; Из истории формирования и развития марксизма, М., 1959; Ойзерман Т. И., Формирование философии марксизма, М., 1962; Багатурия Г. Α., Структура и содержание рукописи 1 гл. "Н. и." К. Маркса и Ф. Энгельса, "ВФ", 1965, No 10; Sur le Jeune Marx, "Recherches Internationales à lumière du marxisme", 1960, No 19; Annali Inst. Giangiacomo Feltrinelli, 1964–65, p. 444–56.
Г. Батищев. Москва.

Философская Энциклопедия. В 5-х т. — М.: Советская энциклопедия..1960—1970.


.




Философская энциклопедия 

skip_previous"НАЧАЛА ФИЛОСОФИИ""НИЩЕТА ФИЛОСОФИИ"skip_next

T: 0.024504915 M: 15 D: 0